Литературный портал Петербургские мосты

Оля Хохлова

Оля Хохлова

Дата рождения:
Место проживания: Санкт-Петербург
Электронная почта: ole@xoxlove.ru
Домашняя страница: www.xoxlove.ru

участник ЛитО с сентября 2002 года,
член редколлегии лито до 2015 г
член Союза-Писателей Санкт-Петербурга

Стихи

голова — кругом,
кровь — горлом;
от врагов — другом,
от друзей — голым;

тихо быт сдавит.
станет рай — пеплом.
ты хотел — да ведь? —
чтобы я пела;

до чего ж пресен
привкус лжи нашей;
ты хотел песен?
так бери, на же.

В эти сны, чёрно-белые, с титрами,
В этот город немой над Невой,
Я впустил Твою музыку тихую
И она говорила со мной.

Повторяла, занозила, мучала —
Не вернуться уже, не вернуть.
И тоска — загрудинная, жгучая —
До светла не давала уснуть.

Мимо парка, кофейни, закусочной,
Без раздумий покинув кровать,
Я бежал, задыхаясь, за музыкой
В безнадёжной попытке — догнать.

Проступали из мрака — полосками,
Отголосками пыльных гравюр —
Узкобёдрые улицы плоские
В обветшалых домах от кутюр.

Лишь под утро — измучен синкопами,
Поражён тишиной ключевой,
Я очнулся — тревожный, растрёпанный,
А вокруг — никого, ничего.

Только сердце, безрадостно тикая,
На последних аккордах сбоит.
И тоска — чёрно-белая, тихая —
Проникает за шторы мои.

Пожалуйста, не ночью —
так, чтоб успеть понять,
что смерть глядит воочью
и точно на меня.

Да так, чтоб испугаться,
заплакать, захотеть
остаться. Отбиваться,
отбиться не успеть.

Пожалуйста, без круга
склонившихся лицом:
ни недруга, ни друга,
ни матери с отцом,

Ни прочих, прочих, прочих
которым «очень жаль».
И никаких отсрочек.
Пожалуйста.

Гортань зациклилась на мате,
над полем боя — сладкий дым,
на «вдруг» очнуться в медсанбате
неизлечимо молодым.

В чужих краях, в чужой постели
лежать, не открывая глаз —
как будто плакал, и жалели
так, будто плакал в первый раз —

в густой траве, покуда эти
слова выисквали путь —
задолго до войны и смерти,
до них еще [еще чуть-чуть]…

Еще: приятели, подруги,
экзамены, диван-кровать,
несмело-медленные руки,
неповторимый буги-вуги,
и нет причины умирать

Нас выведут в жасмин
парным весенним утром —
небес аквамарин
и нам, и палачам.
Аминь — прочтут — аминь
и в воздухе паскудном
послышится ваниль
и прочая печаль.

А дальше — будет свет
и новый день, и будни,
и сплетни из газет,
и прочая мура:
от войн до сквозняков;
И только нас — не будет —
ни нас, ни слов, ни снов,
ни смерти, ни хрена.

когда ты дышишь в облака своей простудой
простой, как дваждыдвачеты-
ре ночи кряду
а с облаков — текут слова [куда? откуда?]ты им не в силах помешать,
да и не надо

стоишь в потоке и бурлишь — почти что тонешь,
прося о буре [как в стихах — ища покоя].
не понимая, что с тобой случилось — то бишь
весна: подснежники, грачи и все такое

Отдай меня врагам: смутьянам и солдатам
пришедшим воевать, рожденным для войны;
Идущим на меня — булатом и бушлатом
с глазами голубой, волшебной глубины;

Отдай меня теперь: покуда не успела
родить твоих детей, кормить твоих гостей —
покуда день седьмой — несорванный, неспелый —
еще среди листвы [еще не на листе];

Пока не решено что будет с нами дальше,
пока на замолчал, не стерся карандаш;
отдай меня сейчас — пока не знаешь даже.
Потом ведь — не отдашь. Не сможешь. Не отдашь.

оглянись, оглянись, суламита! —
задержись на минуту, на миг;
промедленья отвар ядовитый —
напои меня им, накорми

не спасает, а мучит сильнее
теплый мед нецелованных губ;
ты уходишь, и небо немеет —
ни просить, ни простить не могу

что за привкус у здешней разлуки? —
ни миндаль, ни полынь, ни анис;
безнадёжне серые звуки:
оглянись, оглянись, оглянись..

смеется маленький и скверный
зеленый мяч —
мол ты, малыш, утонешь первой,
зазря не плачь;

на раз два три — под воду, камнем
и там — вдохнуть,
мы все равно однажды канем
зачем тянуть?

спят рассудительные боги —
кому спасать?
спокойно тяжелеют ноги
четыре, пять…

не называй чудес по имени
слова — вранье.
оставь ранимое, незримое
лганье мое.

как связки тишина смыкается,
мычит смычок —
идет по досочке, качается
чужой бычок.

и вслед ему, скоропостижному —
собачий лай.
а ты молчи. чужого ближнего
не пожелай.

Пролистать наверх